Мозель.

12.09.2012

Пусть – банальная, но уж очень хорошо подходящая метафора для данного рассуждения – сравнить жизнь с рекой, и если уж сравнивать не просто с рекой, а с какой-то конкретной рекой, то лучшая река для этого – Мозель. Начинающаяся, как и все остальные реки, в далекой глухомани и ничем не примечательная течет, набирает силы и своеобразие, приобретает собственные черты и полноводность, обзаводится характером, напором, самоуверенностью и сменяет свое спокойное прямое течение, течение безо всякой цели и жизненных предпочтений. Сменяет на вихляния, на метания из стороны в сторону, резкие повороты на 180 градусов, на все то, что свидетельствует об активной жизненной позиции и уверенности в собственных силах в достижении поставленных целей, воле к победе и понимании собственной исключительности. Вот в этот-то момент и появляются на берегах Мозеля, на совершенно не предназначенных для этого берегах, виноградники. Только всепобеждающая тяга человека к наживе и пьянству могла преодолеть все трудности возделывания лозы на этих узких и крутых берегах, да еще и на таком севере. Даже великолепному Рислингу, выведенному гениальными пьяницами и пройдохами, не удается набрать солнца. В течении всего среднего течения, все свободное пространство заполнено алчностью, вином, стремлением к власти и войнам. Руины последних страстей - остатки крепостей, замков, дворцов тут и там видны среди виноградников, на вершинах холмов и гор. Время показало неоспоримое преимущество денег и вина перед запальчивым рыцарством. После бурного течения времени расцвета и мужества, река успокоившись входит в свое нижнее течение и зажатая обстоятельствами несгибаемого пейзажа – берега выпрямляются, но становятся выше и круче, течет кратчайшим путем к Рейну, смешавшись с водами которого, неотличима от многих других, полностью растворяется в Северном море.